И с каждой осенью я расцветаю вновь;
Здоровью моему полезен русский холод…
А. С. Пушкин
О пользе холода можно говорить много и горячо, но всё же для русской души, которая является еженедельным источником для нашей рубрики, нет благостнее бальзама, чем место, где прошло детство и отрочество — там черпаешь силу и наполняешься энергией, каждый раз удивляясь этому «загадочному явлению». А одна из причин такой тяги — наше подсознание (идентичность и связь с другими людьми): там сохраняются самые яркие и сильные впечатления, получаемые в детстве, а они ассоциируются с местом, где мы родились. Это может быть запах, звук, вид или даже вкус. И когда возвращаемся на малую родину, то восстанавливаем эти впечатления и ощущаем себя снова детьми.
А мы продолжаем знакомить читателей с нашими земляками. У этого человека за плечами длинная жизнь и огромный профессиональный опыт. Олег Валерьевич Куратов — кандидат технических наук в области прикладной физики; награждён правительственными орденами и медалями, носит почётные звания: «Ветеран атомной энергетики и промышленности», «Изобретатель СССР», «Отличник Погранвойск СССР» (за научно-техническое сотрудничество). Его родители — Валерий Павлович и Валентина Прокопьевна — родом с Вологодчины (г. Никольск). Отец был коммунистом, служил в Красной Армии, где довелось воевать с басмачами, а, вернувшись на гражданку, стал редактором местной газеты. Когда ему предложили работу в «Шуйском пролетарии» (сейчас «Шуйские известия») — вместе с семьёй переехал в наш город. Лейтенант Валерий Павлович Куратов погиб в 1942 году, сражаясь на Волховском фронте.
Детские годы Олега Валерьевича — это военная и послевоенная пора. Вспоминая о ней, он честно признается, что был шпаной, и с такими же пацанами чего только не вытворяли, даже подворовывали хлеб. Поведение в школе соответственно оставляло желать лучшего — сидел один за партой, и это впоследствии обернулось счастливой неожиданностью. Когда в класс пришла новенькая девочка Лира, то свободным оказалось только одно место — рядом с ним. Так началась история их любви.
Если к поведению были нарекания, то увлечение чтением помогало хорошо учиться и десять лет учёбы в школе N2 были ознаменованы серебряной медалью. Вот мы и подобрались к самой главной страсти нашего героя: его притягивал, завораживал и увлекал…взрыв! Если говорить простым языком, то это быстрое высвобождение большого количества энергии в ограниченном объёме, которое приводит к разрушениям.
Олег Валерьевич едет в Ленинград и поступает в политех. Возможности помогать сыну у мамы не было, и юный студент подрабатывает и уборщиком на кафедре, и лаборантом, а уже будучи на третьем курсе — участвует в договорных работах. В это же время он в числе небольшой группы благонадежных студентов был отобран чекистами для работ в области ядерной физики.
Так был дан старт в мир «большой науки и по-настоящему взрослой жизни». Для полноты картины ниже публикуем сухую выжимку из послужного списка Олега Валерьевича, дабы не утомлять читателя датами и цифрами:
Новосибирск (работа на закрытом предприятии — разработка систем автоматики подрыва ядерных зарядов).
Москва — учеба в Академии народного хозяйства при Совмине СССР, главный инженер в 17-ом Главном управлении (атомное приборостроение) Минсредмаша СССР, начальник ГУ государственной системы стандартизации Госстандарта, банковский бизнес, директор Всероссийского научно-технического информационного центра (ВНТИЦ).
Но не менее интересная и насыщенная жизнь началась у нашего земляка, когда он вышел на заслуженный отдых. Наверное, если ты растешь в семье редактора, где неграмотная бабушка (Татьяна Евгеньевна) декламирует наизусть «Евгения Онегина», то у потомков есть высокая вероятность к писательству. А в случае с Олегом Валерьевичем всё ещё более фантастично! На пенсии появилось время и желание к исследованию происхождения своего рода. Два с половиной года он ходил, как на работу, в Российский государственный архив древних актов (РГАДА), являющийся крупнейшим российским хранилищем русских манускриптов, документов и печатных книг XI — начала XIX века. Им были собраны документальные сведения о четырнадцати предшествующих поколениях — черносошных коми крестьянах и священнослужителях. Также он открыл для себя, что принадлежит к известному роду коми и является прямым потомком (внучатым племянником) коми поэта Ивана Алексеевича Куратова. А еще были обнаружены написанные рукой пра-пра-прадеда «Ревизские сказки» — документы, отражающие результаты проведения подушных переписей (ревизий) податного населения Российской империи в XVIII — середины XIX веков, проводившихся с целью налогообложения.
Утверждают, что тяга к писательству у человека приобретается со временем — ему нужны какие-то знания и жизненный опыт, хотя не исключено, что у некоторых это врожденное, как, видимо, и у Олега Валерьевича.
«Как и многие соотечественники моего поколения, за свою жизнь я сменил несколько профессий: занимался лабораторными исследованиями, вкалывал на производстве, был хозяйственником, банковским служащим, управленцем. И параллельно, как это свойственно русскому человеку, да ещё «глубинному» провинциалу, я постоянно стремился продвинуться хоть немного по бесконечному пути понимания нашей души…»
«…Человеческий быт интересен и загадочен тем, что он непрерывно меняется, тогда как духовная сущность его создателя и организатора — человека — остаётся неизменной на протяжении тысячелетий…»
Мы привыкли измерять возраст годами, но именно к Олегу Валерьевичу хочется применить два символа бесконечности. Эта перевёрнутая восьмёрка имеет разные интерпретации применительно к человеку и различным контекстам. В романтическом — вечную любовь, в контексте саморазвития — постоянное движение вперёд, в религиозном — представлять вещи, существующие вечно или за пределами земных пределов, как Бог или душа, а в широком смысле — трактовать жизненный цикл человека и всего мира, как бесконечность или бессмертие в высшем понимании.
Несмотря на то, что Олег Валерьевич уже много лет является столичным жителем, он продолжает навещать малую родину, поддерживать связь с друзьями и быть в курсе ее неспешной суеты. Круг его увлечений настолько широк, что вполне хватило бы ни одному, а сразу нескольким людям: живопись, особенно Босх, литература с её скандинавскими авторами, путешествия, русская баня. А самое любимое из еды — солёный огурец — вкус голодного детства.
Большинство людей проходят испытания, уготованные им судьбою, и жизненный путь Олега Валерьевича не является исключением — атом бывает не только мирным. Если вам захочется познакомиться с творчеством нашего земляка, то заходите на проза.ру и… читайте! И да, всем нам хоть иногда просто необходимо «остановить мгновение», вышедшей местами из-под контроля современной жизни и внимательно посмотреть, заметить, вдохнуть, удивиться, почувствовать и сохранить в душе частицу родного города.
«Шуйские липы словно сошли с ума от восторга цветения. Такого мощного, взрывного цветения лип я не видел, хотя в детстве мы пацанами подрабатывали сбором липового цвета и сдавали его в аптеку, казалось бы, тогда было то же. Но такого взрывного цветения я в жизни не видывал. Не отстаёт от лип и Теза: она покрылась красивыми зарослями лилий и кувшинок даже в тех местах, где всё живое было вытравлено ядовитыми сбросами. На Воздвиженских лавах я пропустил по маленькой с рыбаком, который показал мне на своём мобильнике личное фото с огромной (7кг) щукой, выловленной им недавно прямо под Городским садом. И столь же радостная (просто невероятная для всеядных шуян) новинка — по Тезе плавают разные дикие утки…»
Елена Антошкина